Отрывок из романа «Студеный флот»

«Забудь про баб, учи ПУАБ!» - напутствовал механик своего «группенфюрера» - лейтенанта-инженера Зотова. «ПУАБ» - это книжица в картонном переплете с весьма прозаическим, но жизненно важным для всего экипажа подводной лодки Б-123 содержанием – «Правила ухода и эксплуатации аккумуляторной батареи». «Группенфюрер» - это командир любой на корабле группы, если моторной, то еще и «механёнок» или «движок», если командир рулевой группы, то еще и «штурманёнок», если… Ну, одним словом «группенфюрер» и все тут. - Учи ПУАБ, забыв про баб! – Наставлял Зотова мех. – Учи!.. Завтра меняем батарею! Итак, перед Зотовым лежали «Правила…» или «ПУАБ-64», малая библия всех механиков – не очень толстая (всего 125 страниц), но весьма затертая и замасленная книга. Она внушала к себе особое почтение и строгой надпечаткой – «Продаже не подлежит», и тем, что издана не где-нибудь, аж на самой Дворцовой площади Ленинграда, где в здании бывшего Генерального штаба размещалась ныне 3-я типография министерства обороны, а главное тем, что без детального знания ее параграфов невозможно было получить на грудь заветную «серебряную лодочку», которая свидетельствовала о том, что офицер с «механическими» молоточками на погонах получил право самостоятельно управлять всей многосложной машинерией подводной лодки. Впрочем, сегодня все это не имело ни малейшего отношения к тому, что творилось в душе 23-летнего лейтенанта, как не имели ни малейшего значения для командира БЧ-5 инженер-механика Затульного душевные терзания Зотова. О них он имел самое общее суждение: «лентяйнант» рвется на берег к какой-нибудь пассии, а вместо этого ему придется корпеть во втором отсеке подводной лодки, стоящей у пирса, над тем же самым «ПУАБом», над которым лет пять назад точно также страдал и сам Затульный, о чем свидетельствует его собственноручная надпись на обложке затертой книжки: «Забудь про баб…» А лейтенант Зотов готов был забыть про всех баб на свете, кроме одной женщины, которую бы даже мужлан Затульный не смог бы назвать «бабой», ибо она была воплощением всего самого возвышенного и искусительного, что может быть в женщине и именно она ждала сегодня лейтенанта Зотова у себя дома в однокомнатной квартирке на третьем этаже панельной пятиэтажки, что возвышалась над территорией эскадры всего в 15 минутах ходьбы или 7 минутах отчаянного бега, если бы капитан-лейтенант Затульный разрешил бы ему учить проклятый ПУАБ-64 с утра на свежую голову. Но с утра в понедельник учить ПУАБ будет некогда. С утра – политзанятия, потом проворачивание оружия и технических средств… А потом смена аккумуляторной батареи. …Все было так, как в начале века на каких-нибудь полковых празднествах: блеск золотых погон, побрякивание кортиков, тонкий перезвон медалей, кружение белых тужурок под рулады золоченых валторн и завораживающий блеск женских глаз… Это было классическое знакомство – в Доме офицеров флота под звуки «эскадронного» оркестра. О, эти старинные вальсы, написанные безнадежно влюбленными капельмейстерами! Плавные, как очертания сопок, мелодия, положенная на ритмы взволнованного сердца. Объявили «белый танец» и к Зотову, облаченного впервые на Севере в белую тужурку – по случаю Дня ВМФ, подошла молодая стройная женщина в строгом темно-вишневом костюме. Он видел ее впервые и очень удивился, обрадовавшись при том, конечно, что она выбрала именно его. Впервые выбирал не он, а выбрали его, Лешу Зотова и выбрала его как раз такая женщина, которую он бы тоже выбрал, заметь ее первым… Зотов не считал себя красавцем, и с женщинами – приличными женщинами – был довольно несмел. С неприличными, то есть с легко раздеваемыми вертихвостками он имел дело дважды и каждый раз не без успеха. Один раз в курсантской компании на последнем курсе, когда они с Томашевым и Крикуном на троих сняли комнату в большой коммуналке на Литейном. Второй раз это случилось уже в Северодаре… Ирина, так звали ту девушку, которая пригласила его на «Дунайские волны», несомненно, относилась к разряду приличных женщин, судя по многих почти неуловимым приметам: в меру открытому декольте, тонкому аромату ненавязчивых духов, подчеркнуто правильной речи… Зотов почти не умел вальсировать, хотя в училище посещал танцевальный кружок… Партнерша вела его уверенно, легко и тактично, не обращая внимания на его сбои в ритмах и поворотах. Он чувствовал ее тело… Белая ночь, «белый танец», белая тужурка… Нет, нет! Забудь про баб, учи ПУАБ! Тем более, что завтра смена аккумуляторной батареи. Как и на любые корабельные работы, на смену аккумуляторной батареи предписан свой норматив, и как любой норматив — море торопит — он должен быть перекрыт. Тут не просто: выгрузка — погрузка. Смена батареи — дело интимное в жизни подводной лодки. От того, насколько правильно будут установлены элементы – эбонитовые баки с кислотой, расклинены, зависит очень многое в физиологии субмарины: от дальности подводного хода до газового состава воздуха в отсеках. Зотов всегда с благоговением спускался по вертикальному трапу в «электрический подпол» отсека, где в безлюдье горят плафоны, тускло поблескивают бимсы и переборки, выкрашенные антикислотной краской, а лабиринтные ряд чёрных баков, оплетенных чёрными шлангами систем охлаждения и перемешивания электролита, напоминаю винный погреб графского замка. Только «бочки» таят не портвейн и не мадеру, а сжиженную электроэнергию. Токи всех частот и напряжений вращают гребные валы и гироскопы главных компасов, преобразуются в электронный слух и радарное зрение корабля, раскаляют камбузные плиты и обогревают линзы перископов, наконец, заменяют свет солнца, собирают людей у луча кинопроектора. Рабочая температура электролита, как у человеческого тела, — 36,6°, Аккумуляторная батарея столь же прихотлива к климату и режимам работы, как и живой организм. В сильную жару она начинает «газовать» — выделять взрывоопасные газы. Она не любит полной разрядки. Ей полезны «лечебные циклы». «Прерванная зарядка, — утверждает инженер-механик, — для батареи так же вредна, как прерванная любовь для человека». Да, да! Тут он прав, как никогда! Прерванная любовь – как это ужасно! Здесь, в Северодаре, прервать любовь могло все, что угодно – от стука матроса-оповестителя в дверь до взрыва аккумуляторной батареи на чужой лодке… Нет, взрыв аккумуляторной батареи, пожалуй, пострашнее, прерванной любви! Зотов не раз слышал от бывалых механиков жутковатые истории про то, как взрывается в аккумуляторных ямах гремучая смесь. А еще про то, как некий мичман, желая досадить механику, к которому ушла его жена, бросил в аккумуляторную яму лом. Железяка замкнула шины, сыпанул рой искр, что тут же привело к взрыву водорода под крышкой бака; сила взрыва перебросила раскаленный добела лом на соседний элемент, где также произошла вспышка, и плясал лом, подкидываемый взрывами по аккумуляторам до тех пор, пока его сбросило в проход. Воистину, против лома нет приема! Это была ужасная месть! И все из-за них – из-за баб! Зотов явственно услышал строгий голос механика: «Забудь про баб, учи ПУАБ»! Лейтенант-инженер, крепко обхватил голову руками, и впился в текст очередного параграфа: «Перед началом работ производить подробный инструктаж участвующего в работе личного состава по мерам безопасности, при работах осуществлять контроль за его деятельностью в аккумуляторной яме. На подводной лодке, находившейся в подводном положении, произошел взрыв водорода под крышками четырех аккумуляторов, расположенных в разных участках ямы. Взрывом разрушены крышки и кромки баков, часть электролита вытекла. Причиной взрыва является снижение уровня электролита у нескольких аккумуляторов ниже отражательного стекла. В результате оголения верхней части пластин произошло их разогревание до температуры воспламенения смеси. Только благодаря тому, что содержание водорода в яме не достигло взрывоопасной концентрации, это не привело к более тяжелым последствиям. От взрыва произошло возгорание постельного белья и целлофановых мешков с хлебом, которые хранились в аккумуляторной яме». «Возгорание постельного белья должно происходить от взрыва страсти, а не от гремучей смеси» - мысленно внес свои коррективы командир моторной группы и тяжело вздохнул. Два провокационных слова унесли его в однокомнатную квартирку, где было уже расстелено, наверняка, очень красивое постельное белье… - Забудь про баб, учи, гад, ПУАБ! – Вслух приказал себе Зотов и стиснул зубы. «Для предупреждения подобных случаев необходимо: — общие обмеры и осмотры аккумуляторных батарей производить в полном объеме, как это требует ст. 79 ПУАБ-64; — уровень электролита не снижать более установленного. — запретить погрузку и хранение в аккумуляторных ямах посторонних предметов, затрудняющих обслуживание аккумуляторных батарей и способствующих возникновению пожаров». Забудь!.. Учи!..

Другие записи

Полярнинская быль В Полярном ждали шефов

из Москвы - артистов и артисток прославленного театра опе...

Это был самый короткий и самый мучительный

мой морской поход. И быть может, самый опасный… Всего д...

1 января 2015

Глава 1. Трансатлантика с мостика корабля

Конец апреля 93-го года. Год почти как у Виктора

Гюг...

1 декабря 2014

Дни флота, будучи корабельным, а затем и

флагманским штурманом, я праздновал в Архангельске, на Се...